Ardea_
Канонические фантазии. A Song of Ice and Fire. Braavos.

Raff the Sweetling пишет:

Сначала ему показалось, что будет драка. Рафф даже прикинул, что ему не хватит времени вытащить из поклажи да еще и освободить от шкур свой меч. Но толпа, нахлеставшись местных браавосских испражнений, которые по ошибке именовались пивом, неожиданно захотела ставок, и Малышу пришлось согласиться.
Он встал, и Раффу показалось, что матрос заполнил собой весь трактир, не оставив другим места из-за своего громадного, подобно медвежьему, тела.
Но Гора был больше.
Гора любил рукоборье, он дважды ломал руки Чизвику, а пойманным их шайкой в лучшие времена воякам он их потом и отрывал.
Раффу пришлось крепко собраться, чтобы сохранить конечности в целости. О том, чтоб побороть Клигана, никто из них и не помышлял.
- Я буду играть, если ты пообещаешь указать на меня своим хозяевам. Тем, что выбирают воинов для ристалища. Ты же сможешь замолвить словечко?

Через четверть часа уже почти протрезвевший Рафф, потирая ноющее запястье, выбрался отлить в указанном направлении, потащив за собой пентошийца.
- Тебе точно краб мозги выел! Нет, точно! Что ты скажешь им, даже если этот здоровяк сведет тебя с нужными людьми? Ты вообще слушал меня, что я тебе говорил? Они там словно рабы! Им платят, пока они побеждают!
- А в Пентосе не так? Скажу, что я был на хорошем счету у Иллирио. Ты же сам знаешь, Тирли. Как там говорит твой капитан, когда вынет свой черный рот из бутылки? Ветер надо ловить, пока не отвернулся.


Persona пишет:

- Всякая услуга имеет свою цену, - напевно сказал «серый» человек, и в пустых, без блеска, глазах впервые мелькнул огонек острого интереса, - сделаешь больше – получишь больше. Мне нужна информация. Она будет стоить пару медяков. Нужно содействие. За него плачу серебряной монетой. Что ты выберешь, Кошка-Кет?

Со скрипом распахнулась дверь таверны, изрыгнув из чрева парочку пьяных матросов, душное нутро выплюнуло следом сложную смесь гортанных матросских воплей и кухонных запахов. На шее Моро судорожно задергался кадык – судя по выговору, один из появившихся на мостках и был тем, кто его интересовал.
Парочка не заметила Моро и девчонку; переговариваясь, вестеросец и его приятель отошли к мшистому камню, на ходу расшнуровывая ширинки. Местное пойло, если на что и годилось, так только на исправную продукцию подобного.
Моро неслышно метнулся за угол, поймав Кет за кисть руки и увлекая за собой.
Черные патлы свисали на лицо, скрадывая полосатыми тенями жесткие складки безгубого рта.
- Ш-шшш… Тихо, Кошка, – сбивчиво и торопливо заговорил он, - видишь – человек? Тот, высокий, вестеросец. Твой земляк, - она говорила чисто, слишком чисто для уроженки Эссоса – так, как говорят пришлые, старающиеся скорее стать своими, раствориться в толпе, но выговор безошибочно выдавал в ней дитя сурового Севера, с раскатистыми гласными и сухими, рубленными фразами. Дерево в мороз.
По затылку прошла изморозь, словно невидимая опасность коснулась кожи.
- Мне нужно знать, чего он хочет, куда собирается. Один или с дружками? Подойди к нему, предложи дюжину мидий, заговори.



Arya Stark пишет:

Он дал ей прозвище «Воронье Гнездо». Тощий мальчишка с зелеными по локоть руками. Ломми Зеленые Руки – так его все и звали. Он стал ей другом, хоть был трусливым и вредным. Да и она была уже просто Арри. Мальчишкой. Сиротой. Затравленным волчонком с игрушечной шпагой через плечо. В ее молитве было уже много имен. «Пёс, Виз, сир Амори, сир Илин, сир Мерин, Джоффри, королева Серсея». А потом пришли люди Клигана, и она выучила и их имена.
Кошка-Кет направилась к вестеросцу. Шаг, другой, третий. Она вдруг отчетливо вспомнила, как Рафф-Красавчик, шутя, пронзил копьем тело Ломми. Странно, что сердце ее билось ровно. «Тихая, словно тень», - пришло ей на ум. Тележка стукнула вестеросца по черным кожаным сапогам. Не сильно, девочка отлично умела с ней обращаться.
- Мидии, устрицы, крабы! – тщательно выговаривая браавоские слова, подала голос Кошка. Она ждала, пока он обернется, и молилась, чтобы ей не показалось.
- Свежие устрицы. Улов утренний. Мидии. Креветки. Крабы. – Слова, словно взмахи Иглы, слетали с ее языка. Ей не показалось. Да и не могло показаться. Она хорошо выучила не только имена, но и лица запечатлела в памяти. «Страх ранит глубже меча», - зашептал тихий голос, где-то глубоко внутри нее. Она хотела было обернуться и еще раз взглянуть на «серого», но удержалась. «Страх ранит глубже меча», - повторила про себя Арья, а Кошка Кет, зачерпнув мидий и натянув улыбку, громко выпалила:
- Всего пара медяков. Вкусные устрицы. Лучшее блюдо Браавоса. Любимая еда куртизанок. Пара медяков. – Она открыто смотрела в глаза вестеросцу. Брови ее были весело приподняты, а губы растянуты чуть ли не до ушей. «Это всего лишь лицо. Оно ничего не значит, если ты никто», - сказала ей однажды девочка-призрак, и Кошка поняла, что это правда.



Магические миры

@темы: сериалы, сюжеты по мотивам